Последнее обновление 16.11.2019

Учитель и Ученик или мой любимый ТОРТ Наполеон.

Глава 10 из книги – Искусство Массажа

Автор – Андрей Микулин

 

Предидущая глава  Содержание  Следующая глава

 

Глава 10 - Учитель и Ученик или мой любимый ТОРТ Наполеон – Искусство Массажа – Андрей Микулин

 

Когда то я решил отпраздновать одно из своих сороколетий вместе с Сан Санычем.

Мы уже с ним сроднились и стали хорошими друзьями. Наша разница в возрасте нам не мешала. Наоборот, это я всегда чувствовал себя старым, находясь рядом с Сан Санычем.

 

- Ты, Андрей, много думаешь о себе! – как то сказал он на эту тему, - ты меньше думай, а больше делай! Твое ТЕЛО САМО ЗНАЕТ, что ЕМУ НУЖНО! А твои Мозги и Ум мешают ТВОЕМУ ТЕЛУ БЫТЬ СОБОЙ. Вы оба как тянитолкай. Кто кого перетянет! И получается, что ТВОЙ МОЗГ В РАЗЫ СИЛЬНЕЕ ТВОЕГО ТЕЛА. А должно БЫТЬ РАВНОВЕСИЕ…

 

Я с ним соглашался, но, ни как не мог понять, как Мозг может быть отдельной единицей, иногда конфликтующей со своим телом.

 

* * *

 

Сорок с копейками лет! Много это или мало?! Оглядываясь назад, думаю, что это много. А глядя вперед, не знаю, что и думать.

 

- А не думай, Андрюша! Ты живи ТАК, КАК БУДТО ПЕРЕД ТОБОЙ ВЕЧНОСТЬ. Но не забывай, что твоя Смерть тебя ждет с момента твоего Рождения.

 

Слово Вечность как то действовала на меня успокаивающе. А вот Образ Смерти как то меня настораживал.

 

- Смерть не является Образом. Смерть – это Инструмент. Имеющий Осознание. И для тебя есть ЕДИНСТВЕННЫЙ ФАКТОР, заключающийся всего в одном СЛОВЕ – ОНА ТЕБЯ ЖДЕТ КАЖДЫЙ ДЕНЬ, - говорил Сан Саныч.

 

Я ехал в поселок к Сенсею и думал об этом.

У Сенсея было развитое тело. Он не обладал большими мускулами, как Геракл, но Сила в нём явно присутствовала. Он умел моментально, молниеносно расслабляться и напрягаться, когда ему это было необходимо.

 

- Тело должно И РАБОТАТЬ И ОТДЫХАТЬ ОДНОВРЕМЕННО, - часто говорил он.

 

И ещё, он периодически и часто хрустел своими суставами.

 

- А это, чтобы не было застоя. Ты посмотри, как Инга, когда проснется, вначале тянется, а потом только идет писать. А ты наоборот, вначале идешь в уборную, а потом, садясь завтракать, тянешься и зеваешь, - как-то, раз сказал он и это мне запомнилось.

 

Но было что то, НЕПОНЯТНОЕ и НЕУЛОВИМОЕ в Сан Саныче. То, что постоянно чувствовалось рядом с ним, или без него, когда я о нём думал. Какая-то НЕВЕДОМАЯ И БЕЗЛИКАЯ СИЛА.

И в каждую нашу встречу, я всегда испытывал её молчаливое или активное ПРИСУТСТВИЕ.

 

Мне иногда кажется, что ИХ БЫЛО ТРОЕ. Сан Саныч, Инга и ЭТА СИЛА. По крайней мере, когда Они так часто надо мной ржали, мне всегда казалось, что пространство вокруг также надо мной смеётся…

 

* * *

 

Мне показалось, что меня уже ждали. Мне всегда хотелось приехать неожиданно, но никогда у меня это не получалось. Сан Саныч, тем более и Инга всегда ЗНАЛИ, что я к ним еду.

 

Калитка была открыта. В доме горел свет, а это уже было удивительным. Сенсей вечером не любил или не давал мне использовать освещение, говоря, что просто даёт мои глазам усиленно почувствовать СЕБЯ ИМЕННО ГЛАЗАМИ, а не придатком моего тела. Вначале меня это бесило, а потом я и привык, двигаться на ощупь в его доме.

 

Но лампочка белым днём, это было круто!

 

Сенсей сидел на полу, на коврике в позе лотоса. Инга мирно дремала на своей подстилке. Обеденный стол был застлан необычно белой скатертью. И в доме была величественная ТИШИНА! Только в воздухе витал некий запах чего-то приятного и знакомого. Это был запах, напоминающий мне о чём, то, что я явно уже пробовал. Но комната была явно проветрена перед моим приездом.

 

Я огляделся по сторонам. Ничего необычного не было. Всё чисто и прибрано. Всё стояло на своих местах, кроме кастрюли, как мне показалось, стоящей на столе и бережно накрытой чистым белым полотенцем.

 

- А вот и наш Именинник! – поднимаясь с пола, заулыбался Сенсей, - Инга, давай ему дарить Подарки!!!

 

С этими словами они оба и одновременно прыжками быстро очутились рядом. Инга встала на лапы и на меня, а Сенсей молниеносно переместился за мою спину.

 

- Поздравляем, Именинника!!! – выкрикивал он, вытягивая своими цепкими пальцами мои уши. А Инга синхронно с ним вылизывала моё лицо. Причём, Сенсей так умудрялся это делать, что своими предплечьями блокировал мои руки, зажимая меня руками сзади, чтобы я не мешал Инге делать своё дело.

 

- Радость должна ПЕРЕДАВАТЬСЯ ПРАВИЛЬНО! Зачем нам ЗАЖИМАТЬ СВОЮ РАДОСТЬ, если МЫ ТЕБЯ ЛЮБИМ! – с этими словами мои уши пошли вверх, и я ощутил на секунду, что мои пятки оторвались от пола.

 

- Это НЕРЕАЛЬНО! – пронеслось в моей голове, - Не мог же он за уши поднять меня над полом.

 

Я мельком глянул вниз, мои ступни были прижаты к полу. Но я сам РЕАЛЬНО ПАРИЛ в пяти сантиметрах от этого пола. У меня было РАЗДВОЕНИЕ СОЗНАНИЯ И РЕАЛЬНОСТИ.

Мои глаза видели, что я стою на полу. А моё ТЕЛО ОЩУЩАЛО СОСТОЯНИЕ НЕВЕСОМОСТИ.

Создавалась иллюзия, что Сенсей за уши вытягивает из моей оболочки меня самого.

Было смешно, необычно и немного страшно!

 

Эта иллюзия продолжалась недолго. Сенсей немного подтолкнул меня к столу, отпустив мои уши, а Инга аккуратно зубами стянула полотенце с кастрюли.

 

- Ему, Инга, надо придти в себя. А то наш Гагарин сейчас сойдет с ума от невесомости, - заржал он, - К полётам в Космос, Андрюша, надо было готовиться!

 

На столе, куда был обращен мой взор, была не кастрюля, а сито для просеивания муки. Ею был накрыт Торт.

 

- Ну, давай, скорее, а то мы потекли уже! – завопил Сенсей.

 

Инга при этом гавкнула и изобразила слюну, падающую на пол. Некую тянучку, медленно касающуюся пола.

 

Я снимаю сито и вижу свой любимый торт Наполеон.

Хотя, отдавая должное Сенсею, именно ЛЮБИТЬ НАПОЛЕОН НАУЧИЛ меня именно он. До нашего общения, для меня это был обычный торт, как и все остальные торты.

 

* * *

 

- Для тебя от нас с Ингой будет еще подарок. Мы тебе СЕГОДНЯ ПОДАРИМ ТИШИНУ! – заржал он, - Но ТИШИНА ПРОЯВЛЯЕТСЯ НОЧЬЮ и тебе сегодня придется С НЕЮ ВСТРЕТИТЬСЯ ОДНОМУ!

 

Я не придал его словам никакого значения. Он любил часто говорить иносказательно, вкладывая некий непонятный смысл в свои слова, но сейчас и у меня, как у Инги уже текли слюньки от манившего и пленительного Наполеона.

 

Я знал, что именно этот торт Сенсей печёт сам, и у меня на сердце было радостно, что именно он своими руками для меня сделал такой важный для меня подарок.

 

На торту красовалась непонятная надпись – ЛУЧ от УЧИ.

Причём выведено было аккуратно и, весьма красиво. Слово Луч было нежно малиновым, а слово УЧИ было фиолетовым. Зная, что Сенсей не любил красители, меня уже интриговало, как он и из чего это сделал. Кондитерских шприцов мне в его доме не попадалось.

 

- Сегодня мы будем тебя ПОСВЯЩАТЬ В УЧИТЕЛЯ! – радостно провозгласил он, - Ты же хочешь, Андрей, БЫТЬ УЧИТЕЛЕМ?! – последние два слова были выделены ехидной интонацией.

 

- Да не хочу, я быть учителем, - говорю я ему, - мне не зачем и не собираюсь я никого учить.

- А придётся! – добавляет он. Инга при этом зубами взялась за кухонный ящик, где обычно лежат ножи и ложки. Она схватилась бережно за ручку и медленно и аккуратно выдвигала ящик.

 

Сенсей взял нож и протянул его мне:

 

- Ну а теперь реж, свою Науку! – заржал он.

 

- А что означает ЛУЧ от УЧИ? – спрашиваю я.

 

- Так это же просто, как светлый день! Надпись просто вся не поместилась, вот мы с Ингой и написали для тебя сокращенно – ЛЮБИМОМУ УЧЕНИКУ от УЧИТЕЛЯ и ИНГИ! – засмеялся он.

 

-Л – Любимому. УЧ – Ученику. От – это понятно. УЧ – Учителя. И – ИНГА, - раскладывал мой мозг, разбирая аббревиатуру на детали.

 

- Реж давай, что задумался? Или ноша не по плечам? – продолжал смеяться Сенсей.

 

А я всегда, когда дело доходит до резания торта, испытываю некое волнение. Потому что, куски должны быть равные и пропорциональные количеству присутствующих.

 

- Мы решили с Ингой, что этот Торт ты должен съесть сам сегодня. Мы перехватили по крошке, когда его готовили, - сказал Сенсей.

 

- Да это неправильно, - слегка волнуясь и испытывая приятное чувство гордости за свой праздник, говорю в ответ.

 

- Нет. Сегодня РИТУАЛ ПОСВЯЩЕНИЯ В УЧИТЕЛЯ. Поэтому, именно сегодня ты съешь сам всё до единой крошки. Больше ТАКОГО ТОРТА для тебя НИКТО ДЕЛАТЬ НЕ БУДЕТ. ЭТОТ ТОРТ ПЕКЁТСЯ ОДИН РАЗ В ЖИЗНИ! – торжественно произнес он.

 

Сенсей сел рядом за стол. И Инга положила свою морду на стол, с другой стороны. Они создали вокруг меня некий треугольник. И одной вершиной был я сам.

 

Создавалась некая смешная иллюзия. Боковым зрением я видел, что они оба жадно смотрят мне в рот. И у Инги даже течет слюна. Но когда я быстро переводил свой взгляд на них, Инга успевала облизываться и оба они отводили взгляды в сторону, смотря на торт. Я медлил. Я хотел проверить, является ли реальным их импровизированный спектакль, который они давали в мою честь. Медленно режу кусок и смотрю на них боковым зрением. Сенсей реально смотрит мне в рот, и я даже ощущаю, как у него выделяется слюна. А у Инги она не только выделяется, но даже капает. Я быстро смотрю на них и вижу, что они, молча, смотрят на торт. И так, несколько раз. Каждый раз, мое боковое зрение мне говорило, что что-то, не так, а когда я смотрел на них, я видео обычную картину не особой заинтересованности.

 

Единственным объяснением в моей голове было – они успевают за долю секунды измениться, чувствуя, что я за ними наблюдаю.

 

- Но ИЗМЕНЯТЬСЯ В ДОЛИ СЕКУНДЫ – ЭТО НЕРЕАЛЬНО, - подсказывал мой Мозг.

- А ОНИ Это ВЕДЬ ДЕЛАЮТ И ДЕЛАЮТ ТАК, Что ТЫ ВИДИШЬ, ЧТО ОНИ ЭТО ДЕЛАЮТ, - как бы говорили мои глаза.

 

Я опять раздвоился. Две половины меня активно спорили между собой.

 

Я разрезал кусок торта, и положил его на тарелку, которую любезно мне пододвинул Сенсей.

 

- Это тебе, Сан Саныч! Спасибо за праздник! – протягиваю я ему тарелку.

- Неее, - мотает он головой, - Это тебе спасибо за праааздник! – растягивая слова, говорит он.

Инга также мотнула головой. Создавалась иллюзия, что она ловит муху, которая атакует её рот слева и справа.

 

- Ну, если вы оба не хотите торт, я его съем сам! – радостно восклицаю я.

 

- А тебе на самом деле придется его съесть самому! Видишь ли, перед встречей со своим ЕДИНСТВЕННЫМ УЧЕНИКОМ, который когда то у тебя всё же будет, тебе НУЖНО ХОРОШО ПОДГОТОВИТЬСЯ, пока у тебя ЕСТЬ ВРЕМЯ НА ЭТО. И НАЧАТЬ СЛЕДУЕТ СЕЙЧАС! И НЕМЕДЛЕННО! – с этими словами Сан Саныч мне налил в кружку чая и поставил чашку рядом. Его отдельные слова выделялись интонацией более чем отчётливо.

 

- Да не будет у меня учеников! На фиг они мне сдались! Я сам еще ученик. Ты же сам сказал, что я тупой! – пытаясь его переспорить, и отхлебывая из кружки, возражаю я.

 

Мне показалось, что я слышу смех Инги. Я повернулся к ней, но она смотрела, куда-то, вдаль и принюхивалась. Я перевёл взгляд туда, куда она смотрит и увидел лёгкое фиолетовое пятно. Как будто в комнате образовалось отверстие диаметром около метра. Я во все глаза уставился туда, параллельно откусывая кусок торта.

 

- А торт действительно очень вкусный! – подумал я.

- Ты его еще весь не съел! – прозвучала пара, тройка голосов.

 

Я опешил. Получалось так, что звук исходил из этого пятна и одновременно находился в моей голове.

Я замотал головой, пытаясь откинуть от себя наваждение.

 

- Да, Саныч ведь говорил, что он тупой, теперь мы и сами это видим! – произнес необычный тихий голос из этой световой дырки.

 

- Сан Саныч! Ты это слышишь? Ты видишь это? – заорал я, показывая на место, где, по моему мнению, я видел фиолетовое свечение.

 

- Инга, Андрей прибалдел от торта, видишь как его штырит! – усмехнулся он и взял в руки газету, которую я ему привёз из города, - Интересно, что происходит в Мире?

 

На меня он не обратил никакого внимания. Только Инга пристально разглядывала именно то место в воздухе, которое я назвал пятном. Инга постоянно принюхивалась, оставаясь на месте, но не рычала.

 

Я уставился на пятно во все глаза и продолжал его рассматривать. Оно было прямо передо мной, на расстоянии двух метров. Но это не было некой дверью в параллельный Мир, это было как дымка, нечто напоминающее сигаретный дым или пар.

 

Получалось так, когда я мигал, содержание пятна менялось. Мне казалось, что я вижу в нем какой-то рисунок.

 

- Да ты жуй! Жуй! Торт еще большой. А то такими темпами мы ТИШИНУ пойдем ИСКАТЬ под утро. А ТИШИНА любит НОЧЬ. Утром ДРУГАЯ ТИШИНА, ты её не поймаешь сейчас.

 

- Да какая там тишина, Саныч, там пятно передо мной! – говорю я.

- Ну и хрен с ним! На кой тебе сейчас это пяяятнооо?! Ты торт лопай, давай! Инга! Ты видишь пятно? – и Сан Саныч посмотрел на Ингу.

 

За секунду до этого, Инга, как будто предвидя вопрос Сенсея, положила свою морду на стол и, как бы улыбаясь одними глазами, разглядывала меня.

 

Понимая, что они оба меня дурачат, я перевёл взгляд на пятно… А его не стало. Всё как обычно… Мы сидим втроем, образуя правильный треугольник за столом, и эти двое смотрят на меня, как я дожёвываю свой кусок торта.

 

- Наверное, мне показалось, - думаю, и отрезаю себе другой кусок офигительно классного Наполеона!!!

 

- Сан Саныч! Ты точно не хочешь попробо… Он вкусн… - я не успеваю договорить и скалюсь оскоминой от приторного вкуса корицы.

 

- А это что за херня? – произношу фразу, рассматривая на тарелке на половину надкусанный кусок торта.

 

- А это ТВОЙ УЧЕНИК!!! – радостно заржал Сан Саныч, - ты же хотел Ученика?

- Да какой, к чёрту ученик, что ты сюда добавил, что за гадость у меня во рту? – мне хотелось всё выплюнуть.

 

Они как будто почуяли, что творилось у меня во рту. Оба в секунду вскочили. Инга подбежала слева, делая вид, что хочет на лету перехватить то, что уже почти вываливалось само у меня изо рта. А Сан Саныч в два прыжка оказался справа и сзади. При этом он своими цепкими пальцами зажал мой подбородок так, что мой рот закрылся.

 

- ЕШЬ, АНДРЮША, ЕШЬ, - мягко сказал он, - Твой Ученик не должен знать, что он не понравился тебе, - ты ПРОСТО ЖУЙ и ГЛОТАЙ, как сможешь.

 

С этими словами он своими руками помогал мне пережёвывать и краем мизинца поглаживал по моей передней части шеи, до кадыка, как бы помогая мне глотать.

 

Я неоднократно видел, как Сан Саныч Инге скармливает витамины, которые она есть не хочет – примерно так кормили и меня. Мне стало жутко смешно, и одновременно противно. Вкус был паршивый, и глотать не хотелось. Но, сделав усилие, я проглотил остатки торта.

 

- Саныч, не помогай ему! Он сам должен пройти через всё это! – услышал я опять голос, исходивший из пятна. Причём голос был незнакомый и отличался от ранее услышанных мной голосов. Одновременно создавалась иллюзия, что этот голос я слышу внутри своей головы.

 

- Слышишь, что тебе говорят! Ты дальше САМ ДОЛЖЕН ВСЁ СЪЕСТЬ или СОЖРАТЬ, как тебе удобно будет, - изрек Сан Саныч. При этом на некий голос, и на само пятно, он совсем не обратил внимание. Инга тоже.

 

Но они синхронно сели на свои места, оставив меня в покое.

 

Я задумался:

 

- Если это Глюк, он должен быть чем-то вызван. Может Саныч мне в чай некую траву подмешал. С галлюциногеном?

 

- Да ты чаёк то отхлёбывай давай, Андрюша. Чаёк классный, на травах настоянный. Ну, подумаешь, мы чуток туда с Ингой дурманьчика положили, ну не умрешь ведь! – Сан Саныч сказал это так, что я в его глазах выглядел безобидным дураком, на секунду подумавшим, что он реально положил в чай дурман.

Я не знал, что и думать. На меня глядели причудливые глаза Сан Саныча. И из них волнами струилась сама Доброта и Спокойствие.

 

Я отхлебнул еще глоток.

 

- Вот видишь, тебе понадобится Смелость. У тебя её мало. И есть ВРЕМЯ, чтобы её накопить, - с этими словами он еще подлил в мою кружку густого и терпкого чаю.

 

- Ты не знаешь изначально, какой тебе достанется Ученик. Вдруг он будет УМНЕЕ тебя? – Саныч закатился смехом, - Или, наоборот, тупее.

- Хотя, - он выдержал паузу, - Тупее, чем наш Андрей, нету! Правда, Инга?

 

Инга издала звук, похожий на Гав.

 

- Правильно, Инга! Смелости у него мало, сейчас! – они продолжали меня разглядывать, как я пытаюсь тянуть время, рассматривая и отрезая следующую очередную порцию торта.

 

- Я понимаю, вы от меня не отстанете, пока я все не съем? Ага?! – скривив улыбку, говорю им.

 

Третий кусок был более интересен, чем первые два. Слоённое заварное тесто было более мягким и нежным. И в нём были вкрапления грецкого ореха. Причём, грецкий орех был так ювелирно порезан как полоски, что практически не выходил за границы коржей.

 

- Этот одновременно мягкий и твёрдый! – чуть улыбаясь, говорю я

- Ну, твой язык ПРИДАСТ ЕМУ ПЛАСТИЧНОСТИ, я в этом не сомневаюсь, - закатывался в смехе Сенсей, - Ты ешь, Андрюша, ешь. Торта еще много!

 

Как он так рассчитал, что именно первый кусок, который я отрежу, будет нормальным и суперски приятным? – думал я, - Да и как он грецкие орехи резал на прослойки? Лазером что ли?

 

 - Сан Саныч! А ты, сколько по времени готовил этот торт?

- А тебе, Андрей Леонидович, какая к чертям разница, сколько я готовил этот торт? – передразнил он меня, - Твоя задача его сожрать как можно быстро и бегом топать в лес. Твоя ТИШИНА тебя ждать не будет!

 

Я отрезаю следующий кусок и кладу его в рот. Я уже почти наелся, но торт всё не кончался.

Резкий вкус жгучего перца пронзил мой язык и впился когтями в каждый сосочек моего языка. Причём, как такого-го перца я не увидел, но он, или его настойка явно были в крему.

 

- Как можно было так искусно сделать торт, поделив его равномерно и радиально, да ещё и угадав последовательность, как я его соберусь, есть? – это первая мысль, что посетила мою голову, одновременно со второй и третьей.

 

- Надо выплюнуть! – говорила мне вторая мысль. Третья уже не сдерживалась и была на моём языке, говоря:

- Могу я …

 

Сан Саныч не дал мне досказать. Он показал пальцем сзади себя на середину пятна и тихо произнёс:

 

- Им не понравится. Ты думаешь, это я заставляю тебя, есть Торт? Это ОНИ!

- Кто они? – уставился я на пятно, которого сейчас не было, с набитым ртом, и с пронзительно отвратным вкусом внутри себя.

 

- Они, это Те, кто помогает тебе ПОСТИГАТЬ МАССАЖ КАК ИСКУССТВО. Они ведь реально тебе помогают, ты же помнишь, надеюсь? – он подмигнул и прищурился.

 

У меня возникло странное чувство, что я знаю, о ком он сейчас говорит. Иногда, при моём обучении у меня создавалась иллюзия некоего присутствия кого-то рядом, пристально наблюдающих за мной.

Я еще раз глянул на пятно, а его не было и, подавив противнючую слюну, стал, пережёвывая запихивать в себя остатки во рту.

 

- Ты ЯВЛЯЕШЬСЯ ЗВЕНОМ В ЦЕПИ, которое ЗОВЕТСЯ ЗНАНИЕМ. В данный момент, ТЫ ПОСЛЕДНИЙ УЧЕНИК. Мой и ИХ, - при этом он опять тыкнул в направлении пятна.

 

- А так как ты тупой, - продолжал он, - ты ни фига не ВИДИШЬ. Потому что всецело занят собой. Ты не ВИДИШЬ СИЛУ, которая ведёт тебя. И относишься к Ней ПРИМИТИВНО, называя ФРАГМЕНТЫ СЛУЧАЙНОСТЯМИ. СЛУЧАЙНОСТИ у тебя были в детском саду, когда ты, захотев пописать, не успевал снять свои штанишки!

 

При этом он вылез из-за стола и изобразил конфуз от того, что штаны его были явно мокрыми, и он весьма огорчён, что не успел их во время снять. Это было очень смешно, и помогало мне забыть, то, что только что, было у меня во рту. Хотя, смеяться я мог только одними глазами. Мой рот всё еще продолжал гореть от остатков красного перца.

 

- Искусство Массажа, Андрей, СУЩЕСТВУЕТ САМО ПО СЕБЕ. Не зависимо, познаёшь его именно ты или нет. Это конгломерат ЗНАНИЙ, накопленных до тебя и до поры и времени, сокрытых от ненужных глаз. Ты СИЛЬНО ХОТЕЛ ПОЛУЧИТЬ ОТВЕТЫ на свои вопросы. Те ответы, которые тебе давала жизнь, тебя не устраивали. Но ты не успокаивался и двигался вперед. СИЛА НАБЛЮДАЛА за тобой и УСТРОИЛА НАМ ВСТРЕЧУ.

 

Когда-нибудь и ты окажешься, по другую сторону этого пятна… - причем, последние его слова именно раздались в моей голове, и я ЯВСТВЕННО УВИДЕЛ ПРЯМО ПЕРЕД СОБОЙ, отблескивающее фиолетовым оттенком некое свечение. Причём, мне показалось, что из середины этой дымки на меня смотрят ласковые и улыбающиеся глаза самого Сан Саныча.

 

Я перевёл взгляд на Сенсея – он стоял и улыбался. Потом мои глаза вернулись к пятну – пятна уже не было.

 

- Искусство НИКОГДА НЕ ОСТАНАВЛИВАЕТСЯ. ОНО ПРОСТО ЖИВЁТ В УЧЕНИКАХ. И без разницы, ВИДЯТ ли они Силу, или нет, - говорил ласково Сан Саныч.

 

- А как я узнаю своего ученика? – спрашиваю я, - любой ко мне пришедший может стать моим учеником?

 

- Ты его должен УВИДЕТЬ. И ЕГО ОБЯЗАТЕЛЬНО ПРИВЕДЕТ К ТЕБЕ СИЛА. Но ты вполне сможешь потренироваться и на других своих Учениках, пока к тебе не появится ТОТ, которого ты ПОСВЯТИШЬ в НАШУ НАУКУ.

 

- А если я его не увижу? Что тогда будет, Сан Саныч?

- Для тебя БЕЗРАЗНИЦЫ. ЭТО УЖЕ ЗАБОТА СИЛЫ. Тебе ОТВЕДЕНО ПРОСТО ЖДАТЬ,. ЗНАЯ ЗАКОНЫ СИЛЫ, мы не можем ПОСТИЧЬ ЕЁ НАМЕРЕНИЯ. Если Она посчитает, что у тебя не должно быть Учеников, ты ничего с этим не сможешь сделать.

 

- Но мы готовим Его именно для продолжения Искусства! – донеслось из пятна. Но пятна я не видел.

 

- Мы Его готовим ДЛЯ ПОНИМАНИЯ ЕГО ЕДИНЕНИЯ С ПРИРОДОЙ И ВСЕЛЕННОЙ. Не более и не менее, - Изрёк в ответ Сан Саныч, - А Ученики – это всего лишь, попутное занятие, чтобы не скучал. Как, например, ложка дегтя в банке мёда.

 

Я уставился на торт и понял, что я уже объелся. А торта оставалось ещё на треть.

 

- А ты передохни. Курить я тебе не разрешаю. Вот сиди и чай пей, если влезет.

 

Сан Саныч, правда, никогда мне не разрешал курить рядом с ним. Он говорил так:

 

- Меня совсем не интересует, как ты проводишь своё время без меня. Но со мной, ты курить явно не будешь. Иначе, перед тобой открыты все дороги Мира – п@здруй куда захочешь, хоть в Китай за финиками!  

 

Чтобы немного передохнуть, я спрашиваю:

 

- А как считаешь, можно ли научить любого Массажу?

 

- Можно. Но только ты научишь ФОРМЕ. Вернее, ты просто ПОКАЖЕШЬ Ему или Ей ФОРМУ, или одну из ГРАНЕЙ. Помнишь свою бочку, как ОНА УЧИЛА ТЕБЯ СОДЕРЖАНИЮ?

 

Да! Я прекрасно помнил этот момент. Когда мне удалось сделать нереальное – заткнуть дырки, не касаясь их руками. Я до сих пор не могу поверить, что у меня это тогда получилось.

 

- Сан Саныч, а кто там, в пятне?

 

- Это Старые Мастера, давно покинувшие этот Мир, но которые ещё связаны с этим Миром, потому что, Это Им Интересно.

 

- Это как Вселенское Информационное поле? – говорю я.

 

- Х@ёле! – улыбается он, - для твоего Мозга ты можешь себя успокаивать любой конфеткой. Но твой Мозг эту конфетку стремится сделать статичной. И ОН, Мозг твой, ЛЮБИМЫЙ, даже и не подозревает, что ЭТА КОНФЕТКА ИМЕЕТ ЖИЗНЬ… - это предложение он выделил интонационно, что оно прозвучало нараспев, как некая волна звука.

 

- Ты всегда пытаешься убедить себя в том, что Мир вокруг тебя статичен и тебе известен. А Он, Мир, наоборот, со своей стороны тебе показывает, что ОН ЖИВОЙ и нежный, как вот этот кусок, который ты сейчас берешь и засовываешь в свой рот, - подвигая ко мне тарелку, и кружку, проговорил Сан Саныч.

 

Я машинально запихнул в себя предпоследний кусок торта. На меня повеяло лесной свежестью и ароматом лаванды. Тесто было невообразимо пластичным и в тоже время твёрдым.

 

- Сан Саныч! – мне пришла странная мысль, - А я тоже в своё время должен буду изготовить такой же торт для своего Ученика?

 

- Да без разницы. Можешь просто пойти и его купить. Как, например, этот я купил для тебя, - он при этом улыбался.

 

- Такой торт явно не купишь ни в одном магазине. Ты мне дашь рецептик?

- Манд@лей я тебе сейчас дам! – изрек он, и у меня автоматом заныло в крестце и затылке. Создавалось впечатление, что мне одновременно отвесили и пинка и затрещину.

 

- И как ты это делаешь?! – спрашиваю я, потирая вначале затылок, потом спину.

- Это твой Торт тебя пинает изнутри, прося добавки, - улыбается он.

 

Последний кусок оказался совсем безвкусным.  Вернее, это я ощутил, когда Инга, сорвалась с места и погналась за воображаемой мухой. Пробегая сзади от меня, она, как бы продолжая траекторию полёта мухи, сделала прыжок в воздухе и своим хвостом умудрилась так сильно меня пнуть между лопаток, что я чуть не поперхнулся. При этом Инга плавно приземлилась на все свои четыре лапы и убежала во двор, а я ОЩУТИЛ НЕЧТО, Что БОЛЬНО ВПИЛОСЬ В МЕНЯ СО СТОРОНЫ САН САНЫЧА, в ВИЖЕ НЕБОЛЬШОГО УКОЛА, ПРОНЗАЮЩЕГО МОЮ ГРУДЬ.

 

У меня поплыло перед глазами. Комната наполнилась серым цветом, и я погрузился в созерцание объемной картины. Мне при этом совсем не казалось, что это ненормально, что я что-то ВИЖУ. Я воспринимал ЭТО как НЕЧТО САМО РАЗУМЕЕЮЩЕЕСЯ.

 

- Ты должен НАПОЛНИТЬ Это БЕСВКУСНОЕ ВКУСОМ – услышал я отчётливо голос Сан Саныча у себя в голове, - Ты должен СДЕЛАТЬ ОГРАНКУ УЧЕНИКА. РАСТВОРИТЬ ЕГО ФОРМУ и НАПОЛНИТЬ ЕГО СОДЕРЖАНИЕМ.

 

Картины сменяли друг друга. Я видел что-то древнее и параллельно новое. Как будто несколько картин наслаивались друг на друга. Образы шли каскадом и на большой скорости. Меня захватило полностью. Картины были настолько объемны и в цвете, что я ОЩУЩАЛ НЕЧТО ЖИВОЕ, И ОДНОВРЕМЕННО ЦЕЛОЕ. И Я САМ БЫЛ СЛИТ ВОЕДИНО С ЭТИМ ЦЕЛЫМ.

 

Я видел Старых Мастеров. Проживал фрагменты их Жизни, вместе с ними. Я видел, как делали Массаж во времена фараонов. И причем, часть Техники мне была почти понятна. Что-то ВНУТРИ МЕНЯ ЗНАЛО, зачем и для чего используется то или иное касание тела.

 

Картины сменялись. Но я успевал ОЩУТИТЬ НЕКИЙ СМЫСЛ. Я видел кучки людей, быстро сменявших друг друга. Видел учителей, обучавших просто водить руками и не дающих ничего, что ОТКРЫВАЛО БЫ ИСТИННЫЙ СМЫСЛ ИСКУССТВА МАССАЖА. Но, при этом, их ученики, почему то, уходили довольные и счастливые.

 

Картины закончились следующим фрагментом.

Среди огромной толпы людей, что-то делающих, в виде массажа или на него похожего, я увидел один силуэт, который выделялся странным и необычным свечением изнутри. Как будто, у него в груди горела некая светящаяся точка или искорка. Причём, я не знал, мужчина это или женщина, пацан,  девочка или ребёнок. Я ВИДЕЛ, как эта точка плавно и хаотично плыла между толпами людей. Мне показалось, что внутри Этой Точки РОЖДАЮТСЯ ОСОБЫЕ ВОПРОСЫ, которые Она ЗАДАВАЛА САМОЙ СЕБЕ.

 

Я ВИДЕЛ, как ЕЙ ДАЮТСЯ ОТВЕТЫ. Создавалась иллюзия, что НЕЧТО СЛЕДИТ ЗА НЕЙ И ЖДЁТ ОЧЕРЕДНОГО ЕЁ ВОПРОСА.

 

- Не скоро ты встретишь свою Точку! – вывел меня голос Сан Саныча из моего необычного состояния,

- Если Ты БУДЕШЬ НУЖЕН, ТЕБЕ ДАДУТ УЧЕНИКА, а пока, давай одевайся, мы идем в лес. Знакомиться с ТИШИНОЙ. Она уже тебя заждалась! Тем более, что твой торт надо из тебя вытрясти и прямо сейчас. ТИШИНУ СЛУШАЮТ на пустой желудок, а ты набит как гусь, из которого хотят сделать фуагру!

 

Его слова меня сразу привели в нормальное моё состояние. Я себя и вправду ощущал неким раздутым гусём, сожравшим в одну харю целый килограмм торта.

 

* * *

 

Мы прошли около десяти километров по ночному лесу. Причём, Сан Саныч заставлял меня двигаться бесшумно, говоря:

 

- ТИШИНА НЕ ЛЮБИТ ШУМА. Поэтому топай как медведь, который смывается от единственной пчелы, которая тщательно следит за ним, чтобы его цапнуть!

 

Мы остановились на небольшой лесной развилке. Две дороги создавали правильный перекрёсток.

Сан Саныч соорудил из палок квадрат. Полметра на полметра. Поставил меня в его середину. И сказал на ухо:

 

- Мы с Ингой уходим до дому, а ты СТОИШЬ И СЛУШАЕШЬ ТИШИНУ до той поры, пока Инга не придёт за тобой. Из этого квадрата не шагу. Захочешь писать, писай за квадрат. Но, вряд ли ты этого захочешь… - заговорщицки прошептал он и они с Ингой быстро пошли обратно.

 

Я остался один на один с собой. Моё тело одиноко стояло истуканом в ночной и непроглядной тьме…

 

Следующая глава книги Андрея Микулина - Искусство Массажа:

Почему Твоё Тело ОТКАЗЫВАЕТСЯ РАБОТАТЬ?

 


Предидущая глава:

Аллергия или Революция Тела

 

 

Андрей Микулин, Воронеж, 2019 г.

 

 



Статья написана: 28.10.2019

Мета Теги

Мы в Контакте
Счетчики посещений
Яндекс.Метрика
Рейтинг@Mail.ru
Flag Counter
 
Дизайн и разработка сайта "MikLab.ru"
Время генерации страницы = 0.02 секунды